лице Мон-Сени, возвращаясь в гостиницу на Монмартре, в гостиницу "Рома", например, или в "Альсина", или в "Террас" на улице Клиньянкур, - и сохранившиеся у меня мим..
йшего изложения мысли, нашпигованный интереснейшей, неведомой мне доселе информацией и полный самых восхитительных неожиданностей -- к сожалению, в тот момент, когд..
Обнаружив, что вытянутые передние ноги Кловер
представляют собой нечто вроде защитной стенки, утята попрыгали в это
убежище и сразу же погрузились в сон. Наконец в амбар, хр..
Настоящие имя и фамилия — Ефим Драбкин. Окончил Белорусский государственный университет. Как сценарист работал в кино – фильмы «Наши соседи» (1957), «Аннушка» (1959), «Чертова дюжина» (1961), «Нет неизвестных солдат» (1965), «Крепкий орешек» (1967), «Годен к нестроевой» (1968).В 1971году эмигрировал из СССР в Израиль. В Израиле жил до 1977, в дальнейшем избрал местом жительства США. Жил и работал в Лондоне, Западном Берлине, Париже. Литературная деятельность Э. Севелы началась в 1971году (сборник «Легенды Инвалидной улицы»). Впоследствии им написано 13 произведений, опубликованных во всем мире: «Легенды Инвалидной улицы», «Викинг», «Остановите самолет — я слезу», «Моня Цацкес — знаменосец», «Почему нет рая на Земле», «Попугай, говорящий на идиш», «Всене как у людей», «Тойота «королла», «Прощай, Израиль», «Зуб мудрости», «Мужской разговор в русской бане», «Продай твою мать». С 1991 года работает в России и на Украине. Продолжает сотрудничество с кинематографом: «Попугай, говорящий на идиш» (1990 – режиссер, сценарист), «Ноев ковчег» (1992 – продюсер, актер, режиссер, сценарист), «Ноктюрн Шопена» (1992 – режиссер, сценарист), «Благотворительный бал» (1993 – режиссер, сценарист).
... Он почувствовал, что у него холодные руки. Запах фиалок и формальдегида стал сильнее и был неприятен, почти невыносим. Закрыв глаза и пытаясь выровнять дыхание, он попытался подумать о чем-нибудь привычном, чтобы снова погрузиться в сон, прервавшийся несколькими минутами раньше. Можно было, например, подумать: через несколько часов мне надо идти в похоронное бюро платить по счетам. В углу запел неугомонный сверчок и наполнил комнату сухим отрывистым стрекотанием. Нервное напряжение начало ослабевать понемногу, но ощутимо, и он почувствовал, как его отпустило, мускулы расслабились; он откинулся на мягкую подушку, тело его, легкое и невесомое, испытывало благостную усталость и теряло ощущение своей материальности, земной субстанции, имеющей вес, которая определяла и устанавливала его в присущем ему на лестнице зоологических видов месте, которое заключало в своей сложной архитектуре всю сумму систем и геометрию органов, поднимало его на высшую ступень в иерархии разумных животных. Веки послушно опустились на радужную оболочку так же естественно, как соединяются члены, составляющие руки и ноги, которые постепенно, впрочем, теряли свободу действий; как будто весь организм превратился в единый большой, отдельный орган и он - человек - перестал быть смертным и обрел другую судьбу, более глубокую и прочную: вечный сон, нерушимый и окончательный. Он слышал, как снаружи, на другом конце света, стрекотание сверчка становится все тише, пока совсем не смолкло; как время и расстояние входят внутрь его существа, вырастая в нем в новые и простые понятия, вычеркивая из сознания материальный мир, физический и мучительный, заполненный насекомыми и терпким запахом фиалок и формальдегида. Спокойно, обласканный теплом каждодневного покоя, он почувствовал, как легка его выдуманная дневная смерть. Он погрузился в мир отрадных путешествий, в призрачный идеальный мир - мир, будто нарисованный ребенком, без алгебраических уравнений, любовных прощаний и силы притяжения...
